Мензеля
  • Рус Тат
  • Завдат хазрят Харрас: «Слово муллы весомо»

    В каких условиях работают имам-хатибы нашего района, какова их роль в современном обществе – об этом мы поговорили с имам-мухтасибом Завдатом хазрят Харрасовым.

    – Завдат хазрят, Вы являетесь имам-мухтасибом одновременно двух районов – Тукаевского и Мензелинского. Есть ли разница между двумя районами? Какова специфика Мензелинского района, являющегося 
    многонациональным?
    – Разница есть. К примеру, до нас дошли сведения, что во время праздника Крещения несколько парней-татар окунались в прорубь с криком «Аллаху акбар». Это же признак неуважения к православию и незнания своей религии. Я бы сказал, что жители Тукаевского района более религиозны: при необходимости мы там заходим в детсады, школы, собираем людей в клубы. Естественно, согласуя с соответсвующими органами, оно так и должно быть. А в Мензелинском районе это пока не получается. К примеру, мы попросили разрешение провести одно мероприятие о Дворце культуры. Нам пришел ответ: «А что скажут православные?» Что они скажут – если спрашивают православные, пусть и им дадут разрешение! У нас нет никаких причин конфликтовать с православными. Аллах сам в Коране говорит: «Самыми близкими для вас будут насара (христиане – ред), живите с ними в мире и согласии». Наша страна будет сильной, а общество – единым только в том случае, если сторонники наших двух религий не будут конфликтовать друг с другом.
    – Каково положение муллы в современном обществе, когда религия отделена от 
    государства?
    – Говорить, что религия отделена от общества, неправильно. Народ же принадлежит государству, как бы их не хотели разъединить друг от друга. А религия – это то, что необходимо народу. Сегодня наблюдается и такая тенденция: какую бы деревню ни возьми, жители уважают своих имамов, подчас в некоторых деревнях слово муллы имеет более весомое значение, чем слово главы поселения. Религия ведь тоже считает, что жизнь в деревне может протекать в нормальном русле только в одном случае, когда в ней есть мулла и врач (фельдшер). Один ведёт людей по правильному пути, другой заботится об их здоровье. Стоит также отметить, что мы обязаны соблюдать законы государства, в котором живём, но не поступаясь своей религией. К примеру, открывать азаном Сабантуи, в которых продается спиртное, разгуливают полураздетые женщины, – неправильно. Такие вещи только уничтожают нас как народ. Если мы хотим сохраниться как народ, то должны соблюдать свою религию. Эти слова справедливы и для татар, и для русских, и для евреев. Аллах сам создал нас разными. Поэтому, кто отказывается от родного языка, от своего народа – совершает большой грех.
    – К слову, о родном языке. Муфтий Татарстана Камиль хазрят Самигуллин отметил важную роль мечетей в сохранении родного языка. Как обстоят дела в нашем районе по данному направлению?
    – Для того, чтобы организовать в городской мечети кружок  по изучению татарского языка, мы привезли учебники, нашли преподавателя. То есть, все возможности имеются. Но пока что желающих прийти на курсы не нашлось.
    – В народе бытует мнение, что муллы не должны жить в богатстве. В тоже время слышим и видим, в какой роскоши живут арабские страны. Понимаем, и нищему вряд ли удастся заставить других следовать за собой. Каково Ваше мнение относительно этого щепетильного вопроса?
    – Привычка смеяться над муллами осталась ещё от коммунистов. Будто бы муллы распутные, втихомолку пили водку из чайника или самовара и т.д. и т.п. Но ведь ни у кого на столе не стояло по два самовара и чайника! Правда, в наши дни, когда начал работать в Мензелинском районе, я снял двух, так скажем, религиозных деятелей, выпивавших водку. Почему такое присходит?  Это ведь люди, не готовые стать настоящими имамами. Строят в деревне мечеть и буквально запихивают туда какого-нибудь старика, знающего несколько молитв, в качестве муллы. Хотя и у него нет необходимого образования. Конечно, придя в Мензелинск, я заставил всех имамов получить, пройти обучение. Сейчас в районе нет мулл, которые не получили бы образования. Некоторые обучались по 2-3 года, а некоторые и по 5 лет. На сегодняшний день имамы сёл Аю, Бикбулово поступили заочно в медресе Белой мечети г. Набережные Челны. Также обучение проходят муллы деревень Усаево, Кузембетьево.
    – Как относитесь к словам о том, что среди мулл много бывших парторгов, коммунистов?
    – Ну и пусть! Учителя, заведующие клубами, парторги в советские годы были активистами- пропагандистами. Не скрываю, мне и самому приходилось быть пропагандистом, когда я работал завклубом. Но в партию не вступал, был комсомольцем! (улыбается)! Если такие люди (а среди них есть ипредседатели колхозов, к примеру, Амир абый из села Наратлы-Кичу; бывший мулла Старого Иркеняша Раис хазрят Кабиров был парторгом) направляют свое богатство речи, силу убеждения на благо религии, то в этом ничего плохого нет.
    – Т.е, людям не стоит сомневаться по этому поводу?
    – Для таких сомнений нет никакой почвы. Не буду называть имена, но в Мензелинске были секретарь райкома, парторги, которые запираясь в своих кабинетах, совершали намаз. Какие бы партии не пришли, им не под силу уничтожить то, что есть в душах, сердцах людей. Несмотря на длившуюся в течение семидесяти лет политику безбожия, среди представителей старшего поколения было много тех, кто обрёл веру. А молодежь уже приходит в религию осознанно.
    – В конце ноября прошлого года заместитель муфтия Татарстана Мансур хазрят Джалялетдин озвучил цифры, согласно которым, по республике пустуют 60 из 1500 мечетей, средний возраст большинства мулл – 55-60 лет. Как обстоят дела в нашем районе? Как привлечь молодых имамов в сёла? Как обстоит финасовая сторона дела? Может, им самим найти какой-нибудь промысел?
    – В районе пустует только одна мечеть – в деревне Бакчасарай. Там нет ни муллы, ни прихожан. Среди мулл большинство – представители старшего поколения, пенсионеры. Что касается вопроса о молодых муллах, почему не взять их в штат сельского поселения или школы, клуба? Раньше ведь были председатели колхоза и парторги. Но и самим молодым муллам необходимо проявлять активность. Постоянно сидя в мечети, ничего не добьешься. Надо жить, содержать семью, в конце концов. Если от всего сердца хотят быть муллами, они должны не отклоняться от пути веры и уметь находить выходы из трудных ситуаций, в т.ч., финансовых. К примеру, имам села Аю Рафкат хазрят держит скот, изготавливает казылык (колбасу), на заработанные халяльным способом деньги совершил хадж. Можно найти и такую работу: отработал, а потом, в нужное время идешь в мечеть. 
    Я мулла с 1992 года, а ведь никто мне зарплату не платил: сначала работал бригадиром в колхозе, потом электриком, а затем перевёлся в Тукаевский РУЭС. Моя основная специальность – электромонтер. В то же время в 2000 году я стал имамом-мухтасибом Тукаевского района, то есть и работал, и вёл мухтасибат.
    – Наблюдая за активностью Союза мусульманок, возникает вопрос: почему на сегодняшний день женщины сильнее тянутся к 
    религии?
    – Данное явление наблюдается со времён Пророка (с.г.в.), его жены Хадиджи. По моему мнению, это обусловлено генами. Потому что если мужчины – добытчики, то на женщин возложено воспитание детей. Они больше задумываются над тем, как воспитать детей через религию. Когда разговариваешь с женщинами, ходящими в мечеть, постоянно, в первую очередь, поднимается вопрос воспитания детей.
    – Невозможно не задать вопрос, что могут сделать имамы, чтобы молодежь, которая приходит в религию, не попалась на удочку радикалов...
    – Здесь не всё только от имамов зависит. Потому что, человек хоть и учится до 30 лет, не получает религиозного образования. А мир заполнен сектами. Причем это касается не только ислама, но и других конфессий. Человек, который пришёл в религию, в первую очередь должен прийти к имаму, в мечеть. По-другому он не может избежать зловредного влияния, особенно сейчас, в эпоху интернета. Мы обучаем религии по принятой ДУМ РТ гакиде Аль-Матури мазхаба Абу-Ханифа. Во время курсов, проповедей в мечетях объясняем опасность сект и нетрадиционных направлений. Мы постоянно работаем с молодежью по этому вопросу. У городской мечети есть своя страница Вконтакте, группа в WhatsApp. Но ведь пожилые имамы не могут сидеть в интернете, они этого и не умеют.
    – Какие возможности имеются в нашем районе для тех, кто хочет получить религиозное образование? И вообще какова перспектива?
    – Созданы все условия, для того чтобы желающим дать в мечети религиозное образование. Конечно, мы даем только начальную ступень. А тем, кто пожелает продолжить образование, можем дать направление в медресе, при необходимости даже в Российский исламский университет. Организовали курсы в 12 школах. В Старой Матвеевке приобрели землю под строительство мечети. Успешно работает районное отделение Союза мусульманок (руководитель – Роза Фахрутдинова). Альхамдуллилах, идём только вперед. А иначе и быть не может.

    Анекдоты из жизни (рассказывает Завдат хазрят)

    * Когда работал в деревне Малтабарово, собирал детей устраивал им чаепитие, угощал их конфетами и печеньями. Ребят приходило много, они и сейчас не бросили религию. Из одной семьи ходили два мальчика. Как-то они пришли домой, сели кушать. Один из них говорит: «Я буду муллой, у него денег много, угощает конфетами». Второй посмотрел на него и сказал: «Я бы тоже стал муллой, но боюсь лезть на столбы», – имея ввиду мою работу элетромонтёром.
    * В начале мая вывожу детей на пикник – «Карга боткасы». В один из них настало время намаза, ко мне подбежал один мальчик и сказал: «Я хочу прочитать азан (молитву призыва к намазу)». «Очень хорошо, сынок, иди», – отвечаю ему. Вдруг из находившегося рядом леса послышался тоненький голосок. Оказывается, этот мальчик, чтобы зачитать азан, залез на самую длинную сосну! Конечно, все беспокоимся, лишь бы он не упал. Тут подбежал другой мальчик и говорит: «Я тоже хочу прочитать азан». На что я ему ответил: «Ну ладно, читай раз хочешь, только, пожалуйста, лезь на это», – указывая на невысокое дерево. 

    Реклама
    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Слушайте нас
    Комментарии (0)
    Осталось символов: